Кэм Хокинс: Сегодня в гостях Леонардо Барата, эксперт по Volume Spread Analysis (VSA) из Португалии. Сейчас ему 24 года, а торгует он с 16-ти лет, в торговле использует объемы и поведение цены, с помощью которых определяет позиции профессиональных игроков.
Леонардо торгует на валютных, фондовых, товарных рынках как внутри дня, так и в долгосроке. Он также является разработчиком индикаторов, основанных на его методологии и призванных помочь трейдерам улучшить процесс торговли.
<aside> <img src="https://s3-us-west-2.amazonaws.com/secure.notion-static.com/03889c17-98a3-4d8c-9bb7-4c910633bed3/photo_2022-02-26_19-58-31.jpg" alt="https://s3-us-west-2.amazonaws.com/secure.notion-static.com/03889c17-98a3-4d8c-9bb7-4c910633bed3/photo_2022-02-26_19-58-31.jpg" width="40px" /> Часть 1: Введение
</aside>
Кэм Хокинс: Леонардо, представься, расскажи немного о себе и как ты попал в трейдинг?
Леонардо Барата: Мне 24 года, по образованию физик, живу в Португалии. В трейдинг я пришел довольно рано. Это случилось, когда мне было 16 лет, к тому времени уже год я занимался онлайн-покером, где заработал неплохие деньги. Но потом понял, что для того, чтобы делать серьезные деньги, за игрой нужно проводить 8-10 часов в день. Тогда времени хватало, однако через несколько лет, скорей всего, столько времени уже не будет. До конца жизни покером заниматься не имею желания. Поэтому я стал искать более грамотные способы инвестирования и так оказался в трейдинге.
Как-то я смотрел документальный фильм о крахе 1929-го года на Нью-Йоркской фондовой бирже, и он привлек мое внимание к трейдингу. Несмотря на все проблемы, связанные с трейдингом, одна вещь меня заинтриговала: спекулянты и финансовая система в целом оказывают огромное влияние на экономику, на жизни миллионов людей. Поэтому я подумал, что, вероятно, что-то упускаю, чего-то недопонимаю о рынках. Так интерес стал расти.
Что еще меня заинтересовало, так это то, что некоторые трейдеры заработали огромные суммы на биржевом крахе. Большинство тогда потеряло все свои деньги, жилье, работу, но была группа людей, которая обошла остальных. Это меня сильно заинтриговало, и с тех пор я захотел стать одним из таких трейдеров. Чтобы знать, как обходить остальных и зарабатывать деньги в этом бизнесе. Вот так в моей жизни появился трейдинг.
<aside> <img src="https://s3-us-west-2.amazonaws.com/secure.notion-static.com/7fc7350a-d8a5-4ab3-8f5f-1dac19317ded/photo_2022-02-26_19-58-31.jpg" alt="https://s3-us-west-2.amazonaws.com/secure.notion-static.com/7fc7350a-d8a5-4ab3-8f5f-1dac19317ded/photo_2022-02-26_19-58-31.jpg" width="40px" /> Часть 2: Фундаментальный раунд
</aside>
Кэм Хокинс: ОК, теперь давай перейдем к еще одной серии вопросов, она будет называться «Фундаментальный раунд», здесь я попрошу тебя поделиться с нами историями, которые помогут понять, как стать успешным трейдером.
Итак, расскажи, пожалуйста, о деталях своего подхода: какой у тебя стиль, какими стратегиями пользуешься, на каких таймфреймах, соотношения прибылей и убытков, инструменты — все в таком ключе.
Леонардо Барата: Я использую Volume Spread Analysis. Это броское название, которое попросту обозначает использование прайс экшен и объемов для определения силы или слабости рынка. Как и в любом другом бизнесе, в трейдинге есть свои профессионалы. Они есть в покере, есть они среди дилеров предметами искусства, и финансовые рынки не исключение. Повсюду, где есть деньги, будут свои профессионалы. Поэтому моя цель – попытаться понять, что делают профессионалы, потому что это люди с деньгами: например, крупные фонды, банки и так далее. Какого подхода придерживаются эти трейдеры? Как правило, это группы 10-20 человек. Если они инвестируют в золото, то 10-20 человек занимаются исследованием рынка золота – изучают спрос и предложение на реальной бирже. Часто они располагают инсайдерской информацией, поэтому у них по определению больше информации, чем у обычного трейдера.
По этой причине я не углубляюсь в фундаментальные показатели. Вместо этого я обращаюсь к графикам, на которых видно происходящее, здесь крупный игрок не спрячет того, что он делает, эти следы проявляются в объемах. Таким образом, наблюдая за объемами и ценовыми моделями, можно видеть, что делают крупные игроки, и подстраиваться под них.
Я применяю этот метод вместе с трендовой торговлей, уровнями поддержки и сопротивления. Так часто можно видеть, устоит поддержка или нет, продолжится тренд или нет. В этом и есть суть работы.
Кэм Хокинс: Какие таймфреймы ты используешь? Сколько длится сделка, какой процент прибыльных, соотношение риск-прибыль? Можешь дать нам такие детали?
Леонардо Барата: Что касается таймфреймов, то использую периоды вплоть до М15. Торгую главные валюты – евро, фунт и т.д. Кроссы, индексы, товарные рынки – здесь использую период Н1 и выше. На периодах Н4 и дневном торгую преимущественно уже названные инструменты, а также экзотические валюты, как, например, турецкую лиру, гонконгский доллар. Стараюсь быть везде.
Процент прибыльных сделок составляет около 60%, что само по себе немного, но главное в том, что нужно ограничивать убытки и стремиться к более крупным средним прибыльным сделкам. В результате моя средняя прибыльная сделка намного крупнее средней убыточной. Так в долгосроке зарабатываются деньги. Как трейдер, как человек ты всегда подвержен ошибкам, это нормально. Но, допуская ошибку, нужно стремиться минимизировать ее, чтобы прибыльные сделки перекрыли твои ошибки и еще принесли профит сверху. К этому я всегда стремлюсь.
Кэм Хокинс: Какую пропорцию риск-прибыль ты используешь?
Леонардо Барата: Соотношение риск-прибыль у меня минимум 1 к 1.5. Я не открываю сделку, пока не удостоверюсь, что она имеет такие шансы. Однако в большинстве случаев требуется соотношение 1 к 2 или 1 к 3, когда анализ основывается на поддержках и сопротивлениях.
С таким подходом удается достигать средней доходности 50% в год. При этом просадка по последним подсчетам достигает 15%. Вполне вероятно, что результат может быть и лучше, если торговать чаще. Однако, я думаю, что пока иду правильно: 50% в долгосроке это хорошо.
Кэм Хокинс: Сколько по времени работают твои сделки – это интрадей или долгосрок?
